ГЛЯНЕЦ ИЛИ ИСТОРИЧЕСКОЕ ЛИЦО?


Турбозайм RU CPS

Путевые заметки о старинном Плёсе на Волге

как повод для размышления о будущем маленьких русских городов 

   Я впервые попала в Плёс десять лет назад, в такие же октябрьские дни. Левитановская золотая осень, радуга над Соборной горой, одинокий художник с мольбертом на набережной…

   Больше всего поразило почти полное безлюдие этого городка в Ивановской области. Кроме художника, студента художественного училища из Москвы, мы встретили тогда во всей Заречной слободе только одну местную жительницу. Из калитки вышла бабушка в старом черном пальто. Познакомились. Имя у этой жительницы Плёса оказалось древнегреческое – Хеония. Ей было восемьдесят, и всю свою жизнь она прожила в небольшом доме около Варваринской церкви.

   Нет уже Хеонии Фёдоровны, и дом её с окнами на Волгу стоит без хозяев. Разросшийся куст золотых шаров, когда-то заботливо высаженный у скамейки, а сейчас никому не нужный, словно пытается загородить собою разбитые стёкла, кучу сгнивших досок, упавший забор и банер «Продаётся» с телефоном.

   Так получилось, что бутик-отель «Грандъ сова», номер в котором мы забронировали через Booking.com, находится как раз через дорогу от того места, где жила наша знакомая. Самый дешёвый номер в отеле – около десяти тысяч рублей за сутки, гостиная в стиле «прованс» с  камином и интерьерными игрушками на диване, завтрак – блины с красной икрой и ягодный смузи…

ххх

   В историческом центре города дома, как с обложки глянцевого журнала. Ещё десять лет назад многие старинные особняки в Плёсе были выкуплены, отреставрированы и превращены в отели с авторскими интерьерами в стиле «русского провинциального шика XIX века».

   Со временем инициатива крупного предпринимателя, собственника земли и девелопера, бывшего мэра Плёса Алексея Шевцова оформилась в проект «Потаённая Россия». Одна из целей проекта — создание современной инфраструктуры туризма и гостеприимства, которая поддерживает благосостояние местного населения, стимулируя его трудоустройство и предпринимательскую активность, открывает город и окрестности для посетителей, потенциальных новых жителей и дачников.

   Провинциальный шик притягивает многих состоятельных людей, среди которых есть и звёзды первой величины. Один из самых известных «дачников» Плёса – Председатель Правительства Российской Федерации Дмитрий Медведев. В доме Крыловых на высокой террасе Соборной горы, построенном ещё в 1870 году и восстановленном в начале нашего века в рамках проекта «Потаённая Россия», останавливались многие почётные гости Плёса, в том числе король российской эстрады Филипп Киркоров. Старинная усадьба Маклашиных на Никольской улице в разное время принимала Викторию, принцессу Прусскую, и скульптора Зураба Церители. В отремонтированном в рамках проекта «Потаённая Россия» особняке Громова на набережной Волги, где ещё несколько лет назад были аварийные коммунальные квартиры и затопленный полуподвал, во время одного из последних кинофестивалей «Зеркало» останавливался знаменитый швейцарский актёр и режиссёр Венсан Перес…

   Цены на размещение чуть ли не в разы выше, чем в «нашей» «Сове». На Booking.com они даже не приводятся – только по запросу.

   Не будем включаться в ведущуюся СМИ полемику о правомерности «приватизации Плёса» Алексеем Шевцовым. Оставим за скобками и вопрос о финансировании проекта «Потаённая Россия», волнующий радетелей справедливого распределения бюджетных средств. Нам ли, обычным туристам, считать вложенные в Плёс миллионы и миллиарды? Увы, перетекание финансовых потоков из бюджета в частные фонды – для простых смертных тоже своего рода потаённая Россия…

ххх

   В киоске Музея пейзажа замечаю книгу «Софья Петровна Кувшинникова» столичного издательства «Гелиос АРВ» об ученице, спутнице и музе Левитана. Презентация книги проходила в прошлом году в Звенигородском историко-архитектурном и художественном музее. Мысли о настоящем и будущем Плёса сразу проецируются на Звенигород. Глянец восстановленных старинных особняков Плёса — это всё-таки лучшая альтернатива историческому лицу города, чем многоэтажки, которые делают Звенигород похожим на спальные районы столицы. Да и можно ли назвать историческим лицом города брошенный и наполовину уже разрушившийся дом Хеонии Фёдоровны у Варваринской церкви?

ххх

   Художник с мольбертом или фотокамерой будет искать и, конечно, найдёт ещё не тронутый глянцем уголок старого Плёса. Я, например, не могла оторвать взгляд от резных наличников одного старого двухэтажного дома недалеко от набережной, на склоне горы. Дом тоже, видно, давно стоит без хозяев. Оба входа – и сверху, через характерный для архитектуры Плёса мостик с галереей, и снизу, у слегка покосившихся массивных ворот – на замках. В окнах первого этажа, между давно не мытых стёкол – газеты. Раньше газеты или вату клали между стёкол для сохранения тепла. Подошла поближе – «Известия» за 14 декабря 1990 года. Сколько ещё продержится этот дом на набережной Волги, если последний раз его топили, похоже, почти тридцать лет назад?

ххх

   А может, и не стоит так переживать о сохранении исторического лица старинного города – Плёса ли на Волге или Звенигорода на Москве-реке?

…Запомнился такой разговор в уютном ресторане «Мясоедов» при отеле «Грандъ Сова», где мы останавливались. За ужином со свечами и тихой музыкой мы познакомились с приятной молодой парой. Они в Плёсе первый раз, были наслышаны о городе от друзей и знакомых, но… разочарованы. «Мы ожидали увидеть здесь что-то такое – ну, например, гранитную набережную, — делилась впечатлениями наша случайная знакомая, — а здесь, оказывается, булыжные мостовые»…

…В этот момент официант как раз принёс нам горячее. На тарелку со стейком и овощами положили в качестве украшения сосновую шишку. Как говорится, пустячок, а приятно.

ххх

   В воскресенье на набережной было почти гулянье. В доме-музее Исаака Левитана буквально не протолкнуться – приехало сразу несколько экскурсионных групп. На восстановленной Калашной улице – ярмарка: живопись, изделия из льна, валенки, деревянные игрушки, магниты… Какой-то предприимчивый торговец предлагал даже популярные сейчас красные нити из Иерусалима. «Правда, помогает?», — интересуется оберегами туристка, уже доставая кошелёк. «Правда!»…

   Самый востребованный товар – как на Калашной улице, так и вдоль всей набережной – плёсская копчёная рыба. Плёсский лещ горячего копчения ещё со времён Ивана Грозного считается самым вкусным на Волге. Рыбу традиционно коптят только на ольхе, которая даёт лещу золотистый цвет и тонкий вкус. «Если вы из Плёса без леща уехали, вы в Плёсе и не были», — говорит с характерной волжской интонацией хозяйка одной из семейных коптилен. Но нас уговаривать не надо. Кроме пары лещей, берём ещё копченого судака.

   Постепенно надвигаются сумерки. В «Кофейне Софьи Петровны Кувшинниковой» на набережной зажигаются окна. С Волги дует свежий речной ветер. На том берегу лают собаки. Чувствуется приятный запах дымка – то ли костёр где-то горит, то ли на старом дебаркадере затопили печку. Я оглядываюсь на незнакомую речь и испытываю настоящий шок: за экскурсоводом спешит группа японцев, и некоторые из них, как на улицах Токио, в марлевых масках…

Ольга СТЕПАНОВА.

Фото автора.